Улицы Морская и Приморская: в чём их отличие?

Эта статья призвана разъяснить и развеять мифы, появившиеся в сети (то ли от незнания, то ли специально), по поводу проблем на улице Приморской и о том, якобы жители этой улицы сами виноваты в сложившейся ситуации. А также побудить черноморцев отказаться от отождествления улицы Приморской с улицей Морской.

Есть всего две вещи, объединяющие эти две улицы города Черноморска. Первая – это отсылка к морю в их названиях, а вторая – общая беда, постигшая их за последние 5 лет. И это, пожалуй, всё. Во всём остальном эти улицы разные: разные люди, разная история возникновения, разная архитектура строений и т.д.

Сейчас улица Морская практически прекратила своё существование, так как основной удар оползневой стихии ударил именно по ней. Скорее всего, это было вызвано той нагрузкой, которую жители улицы Морской оказали на склоны. Под «нагрузкой» здесь стоит понимать не только постройку огромных особняков, но и хозяйственное обслуживание прилегающих к ним дворов – это и проведение коммуникаций, и достаточно обильный полив декоративных растений во дворах. Всё это лишь увеличило скорость и так веками идущего здесь оползневого процесса.

Однако, если Морская – одна из самых молодых улиц Черноморска, то Приморская – одна из самых старых.

Географически эта улица, в отличии от Морской, подходит к зоне оползней под углом около 45-ти градусов. Вот почему дома здесь не упали так «разом», как это произошло на Морской.

Приморской улице более 65 лет. Она ровесница - ещё посёлка - Ильичёвск. В те годы она была частью села Ильичёвка (в народе его называли «Новое Бугово»), входившего то в Овидиопольский, то в Беляевский районы, а затем оказавшегося в составе города Ильичёвск. Многие жители этой улицы – потомки греческих колонистов, по имени самого известного из них – Андрея Буги – и получило название село, а теперь район города Черноморска.

Одним из таких потомков является Надежда Змирли – коренная жительница улицы Приморской, которая уже не один год борется за её спасение:

«Мой отец получил здесь участок в 1960-м. Первый дом нашей улицы упал ещё в 1987-м году, оползень здесь был всегда, но дальше нашей улицы были поля, и поэтому такой нагрузки на склоны не было. Кроме того, для строительства домов по улице Приморской были чёткие предписания, которые не позволяли строить дома выше опредёлённой высоты и размеров. Однако за последние десять лет упало уже три дома – на увеличение скорости оползня повлияло сооружение особняков на улице Морской, которая потянула за собой и нас».

Надежда Змирли добавила, что о берегоукрепительных работах на этой части черноморского побережья говорили ещё с 1960-х годов, а сама территория была определена как санитарная зона. Однако в 2003 году решением исполнительного комитета Ильичёвского горсовета территория над оползнем была передана в аренду строительной компании ООО «Монолит» под комплексную застройку с условием проведения там берегоукрепительных работ. Собственники домов на Морской так и не дождались обещанного берегоукрепления от «Монолита». В итоге их дома «нырнули» вниз и ускорили оползневые процессы на улице Приморская, жители которой изо дня на день могут оказаться отрезанными от цивилизации.

К части улицы подъехать уже невозможно, скоро невозможно будет и пройти. Далее возможно отключение жителей и от других благ цивилизации – воды и газа.

По заверениям черноморских чиновников, чтобы спасти улицу Приморскую необходимо выполнить полный комплекс берегоукрепительных работ, средств на которые в городском бюджете нет. Единственный шанс – ожидать, пока деньги поступят из областного или государственного бюджетов. Однако бюрократическая проволочка может занять некоторое время и спасать будет уже нечего.










1937-1938: сталинские репрессии на Буговых хуторах

21 мая в Украине почтили память жертв политических репрессий. Сталинский террор проник во все уголки общественной, культурной и даже бытовой жизни населения Советского Союза. Не обошёл мимо он и наши края, где в те времена располагались Ильичёвы (Буговы) хутора. К сожалению, за годы советской власти о репрессиях здесь (даже после развенчания культа Сталина) говорить было не принято. А со становлением города-порта Ильичёвск на землях села Бугово история сталинских репрессий и вовсе ушла с орбиты общественно-политической жизни города. Две волны террора (1937-1938 и 1946 годов) остались лишь в воспоминаниях коренных жителей Бугово и в архивах силовых ведомств.

Как известно, 1937-1938 годы стали пиком сталинских репрессий по всей стране. Сотни и тысячи сфабрикованных дел, сотни тысяч расстрелянных и отправленных в ГУЛаг… Среди них были и жители хутора Ильичёвка (так с 1927 года называлось Бугово – прим.ред.). Здесь органами НКВД против рыбаков картели «Червона стрілка» было «состряпано» так называемое «дело Большакова».

Своими корнями всё это «дело» уходило наверх – аж к Центральному комитету Коммунистической партии Украины и являлось, по своей сути, внутрипартийными разборками между руководителями партии. Ещё в 1937 году на пленуме ЦК в «буржуазно-националистической антисоветской деятельности» обвинили членов политбюро П.П.Любченко и В.П.Затонского, которые вскоре погибли при неизвестных обстоятельствах. От них каким-то образом «криминальный клубок» через местные ячейки партии вёл к бухгалтеру Я.С. Большакову. По сценарию НКВД, «буржуазно-контрреволюционная группа» появилась после встречи Большакова с членом правления Рыбакоопсообщества М.И.Глушко. По делу проходили 15 жителей Ильичёвки под определениями «куркуль», «сын куркуля», «раскуркуленный», «зажиточный рыбак», «зажиточный середняк». Среди них особый интерес представляет М.А.Буга – дальний родственник основателя села Андрея Буги. Долгое время он работал в рыбартели «Червона стрілка» ездовым. Большевики вспомнили М.А.Буге его участие в Гражданской войне на стороне гетмана Павла Скоропадского, где он был хорунжим и есаулом Одесско-Подольского  воздушного отряда. Также Буга активно участвовал в антибольшевицком восстании под Одессой в 1919 году. Правда, вряд ли к концу 1930-х он мог представлять какую-то опасность советской власти. Тем не менее, в марте 1939 года его осудили на 5 лет исправительных работ. Реабилитирован в 1961 году.

В «деле» также фигурировал заведующим перерабатывающим рыбным пунктом В.Ф.Шершенецкий, которого М.И.Глушко «завербовал» в Овидиополе ещё в 1930-м году, а через год поручил вести «контрреволюционную» деятельность в Овидиополе, Роксоланах и Каролино-Бугазе. «Тройка» УНКВД в Одесской области постановлением от 6-го и 10-го мая 1938 года прирекла Я.С.Большакова, Д.П.Бобошко, С.К.Онацкого, И.А.Апреленко, О.М.Иващенко и М.М.Иващенко к расстрелу за участие в «контрреволюционной украинско-националистической организации». Для большинства из них этот приговор заменили на высылку в концлагеря. Реабилитированы «по недостатку состава преступления» 29 августа 1961 года.

Среди других репрессированных и раскулаченных в 1930-х годах жителей Бугово были: Г. Анацки (10 лет исправительно-трудовых лагерей), П. Чифа (приговорен в 1937 году, умер в тюрьме), Г.М. Чифа (1898 года рождения, приговорен 21 декабря 1937 года), М.П. Коваленко (1893 года рождения, приговорен «тройкой» 25 сентября 1937 года – 10 лет в Воркуте, освобожден 6 сентября 1947 года). 

Однако на этом репрессии на Бугово не закончились. Не успев отойти от ужасов Второй мировой войны, в 1946 году жителей Ильичёвки накрыла новая волна сталинского террора. Операция «Волна-46» теперь велась не только в рамках классовой борьбы, но и проходила в духе этнических зачисток. Теперь под неё могли подпасть все, у кого в графе «национальность» значилось «грек» или «болгарин»…

Но об этом мы расскажем в следующей нашей статье, посвящённой истории Черноморска.

СПРАВКА. По данным комиссии, созданной в 1956 году для установления причин массового террора, в 1937-1938 годах по обвинениям в антисоветской деятельности было арестовано 1 548 366 человек, из них  681 692 – расстреляны (то есть в среднем расстреливалось по тысяче человек в день).


Валерий Погребняк

Отправить в FacebookОтправить в OdnoklassnikiОтправить в Vkcom