Морская история Черноморска: гибель эсминца «Карло Альберто Раккиа» у мыса Бугов в 1920 году. Часть 1.

Рис. 2 Альберто Раккия 1В течение трех последних лет автор статьи участвует в поднятии старых якорей со дна Черного моря. От черноморских аквалангистов я услышал о том, что недалеко от мыса Бугов лежат останки итальянского корабля, а позже сопоставил этот факт с прочитанным лет 30 назад рассказомК.Г. Паустовского «Блокада»Взяв книгу с полки, я убедился, что память не подвела, так как в ней описана Одесса середины 1920 года и история гибели корабля Королевского Военно-морского флота Италии «Карло Альберто Раккиа». В сокращенном виде речь идет вот о чем.

Лето 1920 года в городе было напряженным: в окрестностях зрело восстание, а «союзная эскадра уже крейсировала у берегов Одессы, выслав вперед для разведки итальянский миноносец «Ракиа». Корабль подорвался на мине на траверзе Большефонтанского маяка, а местные рыбаки «немедленно вышли на шаландах к месту взрыва, подобрали итальянцев, сняли с тонущего миноносца убитых и доставили их на берег раньше, чем успели подойти на помощь корабли эскадры». Тела итальянцев привезли в Одессу и город взял на себя их погребение, попросив командира эскадры выслать отряды моряков для отдания последних почестей. Похороны, в которых участвовало 100 тысяч одесситов, части Красной армии и отряд моряков, состоялись на Куликовом поле в братской могиле. «Гробы несли на руках портовые рабочие. За ними шли с винтовками, опущенными дулами к земле, загорелые итальянские матросы. Играли оркестры с иностранных судов и сборный оркестр Одессы». А «потом отдаленный прощальный залп кораблей слился с ружейным залпом на Куликовом поле». После таких похорон бомбардировка Одессы с кораблей Антанты и восстание стали невозможными, и «эскадра скрылась в вечерней черноморской мгле…».

Поиски показали, что К.Г. Паустовский создал яркую картинку из жизни Одессы того времени, но допустил много ошибок. Одни из них можно объяснить провалами памяти (рассказ написан в 1958 году), но некоторые принципиальны и должны быть исправлены во имя исторической правды. Это важно еще и потому, что некоторые одесские краеведы и даже историки на протяжении полувека описывают данный эпизод на основе этого рассказа, не задумываясь над его правдивостью.

Что касается общей ситуации, то речь идет об июле 1920 года, когда Гражданская война еще не закончилась и в Крыму находилась Белая армия. Большевики в Одессе больше всего боялись повторения событий 1919 года – восстания в ее окрестностях (21.07-12.08) и высадки десанта из Крыма на пересыпь Сухого лимана (10.08), после которых их выбили из Одессы. Восстание состоялось в районе Овидиополя (18.06-30.06.1920 г.), но на этот раз немецкие колонисты его почти не поддержали. Вот что сообщал об этом командир Отдельного батальона пограничной охраны 121-й бригады 3 июля 1920 года:

«29 июня,  10 часов - выступил по направлению Большая Аккарджа.

12 час. 45 мин. - вступил в Большую Аккарджу, где имели обед.

16 час. - выступил из Большой Аккарджи по направлению Калаглея.

17 час. - окружив Калаглею, в которой сгруппировалась отступившая из Овидиополя банда в количестве 300-400 чел. [пехоты], 20 конных при 2-х пулеметах, приняли бой, продолжавшийся 5 часов, в результате которого в 22 час. вступили в Калаглею, захватили 1 пулемет «Кольта», 1500 винтовочных патронов, 12 винтовок, 6 пулеметных лент к «Максиму», 2 диска к «Люису», 9 лошадей, 4 седла, 1 тачанку и 1 подводу. Противник потерял 12 человек убитыми. Мои потери: 1 лошадь убита и 1 ранена…».

Десанта также удалось избежать, благодаря усилению пограничной береговой охраны и минированию акватории. Особенно активными действия белых были в конце мая – начале июля, о чем свидетельствуют доклады командира Отдельного батальона пограничной охраны начальнику гарнизона Одессы. В них сообщается о многочисленных нарушениях морской границы, зафиксированных Ольгинским [р-н Люстдорфа], Александровским [р-н Буговых хуторов], Беляевским [у устья р.Барабой], Каролино-Бугазским постами и Санжийским пикетом. Они выражались в разведовательных подходах к берегу разных судов и их коммуникации с агентами на берегу при помощи огня фонарей, обнаружении на пляжах мужских трупов и даже о высадке со шлюпок диверсионной группы из 25 человек, «подрезавшей телефонные столбы» в районе устья р.Барабой.

я Спуск 2 июня 1916новыйОднако итальянский эсминец не представлял никакой угрозы советской власти, так как не занимался разведкой у берегов Одессы. Об этом сообщили местныегазеты:

«22 июля натранспортах Триестинского Ллойда [пароходной компании] возвратились в Красную Россию 3853 русских солдата, интернированных в Италию. В 6 часов вечера к Платоновскому молу подошли три парохода – «Талия», «Мельпомена» и «Пиетро Кальви». К моменту прихода пароходов в гавань кроме властей собрался едва ли не весь организо​ванный пролетариат Одессы, приветствовавший возвратившихся. Вместе с пленными прибыла также торговая итальянская депутация. Пароходы с пленными в пути сопровождал итальянский миноносец «Каррия» [«Раккиа»], который почти у самой Одессы наскочил на мину и погиб. Из экипажа погибли 5 человек и ранено 20» («Моряк» от 26 июля 1920 года).

27 июля газета «Нью Йорк Таймс», со ссылкой на «Assosiated Press», напечатала сенсацию:

«Итальянский военный корабль погиб. 19 человек убито и ранено турецкой миной». Далее говорилось, что новый эсминец подорвался у входа в пролив Босфор. Почти через месяц (23.08.1920 г.) та же газета уточнила, что «Карло Альберто Раккиа» подорвался на мине и быстро пошел ко дну во время конвоирования трех судов с 14000 российскими пленными, которые возвращались с острова Азинара у берегов Сардинии.

В книге «Одесса, 1920-1965» В.П. Монахов и Б.А. Степаненко привели версию событий, составленную по прессе того времени:

«22 июля вечером к Платоновскому молу один за другим подошли три итальянских парохода «Мельпомена», «Талия» и «Пиетро Кальви», которые доставили около 4500 во​еннопленных и 50 эмигрантов. Однако уже привычное для одесситов событие приобрело широкий международный резонанс. На траверзе Большефонтанского маяка на мине подорвался и затонул итальянский миноносец «Каррия» [«Раккиа»], сопровождающий транспорты с военнопленными. В спасении моряков принимали активное участие одесские рыбаки. Погибло 9 итальянских моряков, в том числе 5 ко​чегаров, находящихся в машинном отделении. Число раненых достигло 20 человек».

По итальянской версии дело было так:

«19 июля 1920 года эсминец «Карло Альберто Раккиа» отплыл из Константинополя в Одессу, сопровождая конвой из пароходов «Кальви», «Мельпомена» и «Талия», на которых находилось 14000 бывших российских пленных, захваченных итальянскими войсками после капитуляции Австро-Венгерской монархии… В 11 часов утра 21 июля, когда «Раккиа» находилась в 9 милях к юго-западу от мыса Фонтана и в 19 милях от Одессы, корабль подорвался на мине, возможно турецкой... Через 40 минут после взрыва, покинутый экипажем по приказу, корабль затонул на глубине 11 м, а оставшихся в живых подняли на «Кальви». Потери экипажа «Раккиа» составили 10 погибших и 9 раненых. После нескольких неудачных попыток вернуть обломки, корабль исключили из списка ВМФ в 1922 году».

Как видим, итальянцы указали место крушения не на траверзе мыса Большой Фонтан, а в 9 милях (16,7 км) от него.

Рис. 1 Погр. пленных на ит. транспортновыйЕще одно изложение случившегося находим в автобиографии адмирала Лучано Биджи (1898-1988 гг.; вышла в Милане в 2003 году), служившим в 1920 году на «Раккиа» лейтенантом:

«Во время наступления на Австро-Венгрию итальянские войска захватили немало российских граждан, взятых австрийцами в плен в Галиции и использовавшихся в качестве рабочих в тылу итальянского фронта».

Они были собраны в Азинаре и оставались там два года, так как итальянское правительство не знало, кому их отдавать – красным или белым. Это было связано и с тем, что вернувшиеся в 1919 году в Белую Россию из Франции 2000 солдат (Экспедиционного корпуса) оказались настолько зараженными большевизмом, чтоА.И. Деникин наотрез отказался принимать остальных. В дело вмешаласьсоциалистическая партия Италии, которая создала комитет, убедивший правительство отправить пленных в Одессу на трех судах («Кальви», «Мельпомена» и «Талия»). В Босфоре к ним присоединился «Раккиа». Ее эскорт был необходим, чтобы избежать каких-либо нападений Белого флота из Севастополя. Итальянский капитан получил инструкцию довести пароходы за 10 миль до Одессы, а затем оставить их при сохранении радиосвязи.

«В 19 милях от Одессы «Раккиа» нарвалась на мину средней частью корпуса и затонула через 40 минут на глубине 11 м.Всего погибло10 человек».

Кроме того,Л. Биджи сообщил, что во время погружения корабля на дно, он дважды возвращался на борт и забрал свои личные вещии даже инкрустированный перламутром и слоновой костью столик, купленный в Константинополе.

Поясню, чтоЛ. Биджиупомянул о 6 тысячах российских граждан – бывших пленных Австро-Венгрии, судьбу которых исследует историк из Милана М.Г. Талалай. После содержания в Тироле они попали в лагеря на острове Азинара близ Сардинии, где провели более полутора лет. Первую группу числом около 1,5 тысяч человек15 октября 1919 года отправили к А.И. Деникину и их судьба пока не изучена. В нашем случае речь идет о второй (основной) группе в 4 тысячи человек, которая покинула Азинару приблизительно 11 июля 1920 года. Среди них были русские, украинцы, евреи, латышии другие. Теперь мы точно знаем, что все они благополучно прибыли в Одессу 22 июля, благодаря итальянскому конвою.

Фото 1: корабль Королевского Военно-морского флота Италии «Карло Альберто Раккиа»;

Фото 2: спуск на воду «Карло Альберто Раккиа» 2 июня 1916 года;

Фото 3: погрузка военно-пленных на транспорт

Игорь Сапожников, доктор исторических наук

Фото предоставлено автором.

Опубликовано в газете "Черноморский маяк" от 1 и 4 июня 2016 года.

Отправить в FacebookОтправить в OdnoklassnikiОтправить в Vkcom